e.a. katrukha blog

Эта книга о происхождении нового в процессе эволюции. Мозг, глаз и рука – все они являются анатомическими формами, которые выполняют определенные функции. И в каждой из них чувствуется замысел. Как они могли появиться? Для каждого экземпляра из огромного разнообразия организмов, от бактерий до дрожжей, от растений до животных, существует своя цель. Каким образом произошло их появление? Любой предмет неживого мира отличается от них. Все они являются новыми. И все-таки новизна подразумевает появление чего-либо из ничего, что в свою очередь подразумевает вызов. Вызов объяснить причины ее появления. Когда Чарльз Дарвин предложил свою теорию эволюции, основанную на изменчивости и отборе, наибольшим достижением теории было объяснение причин естественного отбора. Однако он не смог объяснить изменчивость. Это была дилемма Дарвина. Единственное, что он знал, это то, что изменчивость необходима для того, чтобы естественный отбор действовал на разнообразный материал, и то, что она носит случайный характер по отношению к конкретному действию отбора. Развитие генетики предоставило разгадки о том, каким образом изменчивость зависит от генетических изменений и в частности о том, как эти изменения наследуются. От внимания биологов ускользнул, пожалуй, самый сложный вопрос: как могут малые, случайные изменения генотипа приводить к образованию сложных, функциональных инноваций? Он является центральным вопросом этой книги.

Чтобы понять природу новизны в процессе эволюции, нам необходимо понять работу организмов вплоть до действия их индивидуальных составных частей, вплоть до работы их самых глубоких компонент, тех самых, которые подвергаются изменениям. Успех в изучении этих компонент пришел лишь в течении нескольких последних лет. Разработать теорию новизны было невозможно до самого конца двадцатого века. Не хватало экспериментальных свидетельств того, как организм использует свои клеточные и молекулярные механизмы для того, чтобы построить организм из зародыша и каким образом генетическая информация включается в во все функциональные процессы. Невежество в отношении природы новизны является любимым местом нападок для всех, скептически относящихся к эволюции. Объяснение источников появления нового служит той необходимой частью, которая позволит завершить наше понимание теории Дарвина.

За последние 150 лет Дарвин был прав и Дарвин ошибался. Дарвина подвергали сомнениям и Дарвина игнорировали. Дарвина демонизировали и Дарвина возводили в статус идола. Но в конце концов, возможно, правда окажется настолько же изящной, как и достижения Дарвина. Ведь он предложил единственную выдающуюся идею, идею изменчивости и отбора, которую продемонстрировал на ряде своих тщательных наблюдений. И это является наукой в той форме, которую проще всего понять. Кто-то даже может заметить, что это наука в самом чистом своем виде. Дарвин был настолько убежден в главенстве изменчивости и отбора, основанном на его эмпирических доказательствах, что был готов игнорировать или же придумать механизмы, лежащие в их основе. Путь исследований последующих биологов был понятен: возможно ли построить фундаментальные, механистические доказательства его выдающейся идеи.

В процессе поиска новых доказательств естественного отбора и общего происхождения видов, биологи-эволюционисты и палеонтологи проделали значительную часть работы, хотя из глобальная задача крайне трудноосуществима. Генетики, достигшие в конце двадцатого века впечатляющих успехов в разрешении проблемы механизмов наследственности для всего живого, выполнили свою часть работы. С появлением в их арсенале современных методов, для генетиков по-прежнему остается большое поле деятельности.

Специалисты в областях биологии развития, клеточной биологии, биохимии и последнее время – геномике, принялись за трудную работу по установлению связей между генетическим изменением и изменчивостью, на которую собственно и действует естественный отбор. Результаты их работы изложены в данной книге. Понимание связи между геном, с одной стороны, и анатомией, физиологией и поведением организма с другой стороны, может предоставить объяснение создания нового. Понимание степени легкости, с какой может появляться новое, в свою очередь позволяет определить вероятность появления жизни, как продукта эволюции.